Судьба Мергасовского дома остается неясной
Судьба Мергасовского дома в Казани по-прежнему не определена: специалисты продолжают инженерные обследования, а мнения экспертов о возможных сценариях расходятся. Главный вопрос — возможно ли сохранить здание или речь в итоге пойдет о его воссоздании.
Мергасовский дом, построенный в 1928 году по проекту архитекторов Петра Сперанского и Сергея Глаголева, стал одной из первых многоэтажек советской Казани и редким образцом конструктивизма. Здание, расположенное на пересечении улиц Дзержинского и Кави Наджми, стало важным этапом в развитии городской застройки: здесь применялись передовые для своего времени материалы, включая камышит.
В разные годы дом приобрел и культурное значение. В 1930 — 1952 годах здесь проживал писатель Кави Наджми, чья квартира превратилась в место встреч представителей творческой интеллигенции: у него бывали Хасан Туфан, Хади Такташ, Джаудат Файзи, Салих Сайдашев и Муса Джалиль. Позднее, в 1938 — 1941 годах, в доме жил также писатель Абдулла Алиш, что окончательно закрепило за зданием статус значимого места в культурной истории Казани.
Исторический облик под охраной
Архитектурные особенности здания относятся к предмету охраны. Глава Комитета РТ по охране объектов культурного наследия Иван Гущин сообщил, что к таким элементам относятся фасадные решения, балконы, карнизы и декоративные детали.
Сохранение всех этих элементов — безусловный императив при любых видах работ«, — рассказал «Татар-информу» глава Комитета РТ по охране объектов культурного наследия Иван Гущин.
От аварийности к запустению: как развивалась судьба Мергасовского дома
Проблемы здания стали очевидны еще в конце XX века. Первый серьезный инцидент произошел в 1981 году, когда обрушилась часть конструкции. Несмотря на это, дом продолжал эксплуатироваться.
В 2002 году его признали аварийным, однако ни расселение, ни ремонт долгое время не проводились. К середине 2010-х собственникам начали поступать иски о выселении, им предлагали переезд в новые районы, в том числе в «Салават Купере» и дома на улице Гафури. Часть жильцов при этом отказалась покидать историческое здание, что привело к затяжным судебным спорам и замедлило расселение.
К 2019 году начался активный этап расселения, после которого здание оказалось заброшенным и стало быстро разрушаться. Пустующий объект привлекал посторонних, фиксировались случаи вандализма и даже пожар. В итоге власти усилили меры безопасности: доступ был ограничен, а сам дом взят под охрану.
Новые угрозы для здания
Весной 2024 года градозащитники вновь обратили внимание на состояние Мергасовского дома: о возможной угрозе обрушения из-за карстового провала и трещины на фасаде заявила градозащитница и социолог, учредитель Института городских исследований «Тамга» Марья Леонтьева. Позднее помощник Раиса Татарстана со ссылкой на мэрию сообщила, что рядом с объектом образовался котлован глубиной около двух метров, причиной которого стал прорыв старого водопровода у соседнего расселенного здания.
Глава комитета по охране ОКН Иван Гущин опроверг угрозу обрушения, уточнив, что создана рабочая группа и начаты обследования с бурением и мониторингом трещин. В апреле 2025 года ситуацию осложнил новый прорыв — уже системы горячего водоснабжения. По данным специалистов, сам дом не пострадал, однако участок потребовал дополнительного контроля и продолжения инженерных исследований.
Восстановление или воссоздание — решать инженерам
Окончательное решение о судьбе дома будет принято на основе инженерных изысканий. Иван Гущин сообщил, что ключевым станет техническое заключение, которое определит степень сохранности конструкций.
Он отметил, что вопрос не сводится к выбору между восстановлением и воссозданием, а зависит от объективных данных и требований безопасности. По его словам, если несущие конструкции утрачены, может потребоваться воссоздание здания по архивным материалам, тогда как сохранившиеся элементы будут максимально интегрированы.
При этом он подчеркнул, что снос как таковой невозможен, поскольку законодательство запрещает ликвидацию объектов культурного наследия. Допускается только научно обоснованное воссоздание.
Также рассматривается применение 3D-сканирования для создания точной цифровой модели здания, которая станет основой для будущих проектных решений.
Причины разрушения
Иван Гущин указал, что аварийное состояние дома связано не столько с особенностями конструктивизма, сколько с типичными проблемами подобных объектов. Он отметил, что речь идет о расселенном доме с множеством собственников и низким уровнем содержания, а также о качестве материалов и строительных решений.
По его словам, подобные проблемы характерны и для других городов региона. При этом он добавил, что такие здания сегодня могут продаваться по символической цене, а новые собственники способны дать им вторую жизнь.
Мнения экспертов о дальнейшей судьбе Мергасовского дома
Член Союза архитекторов СССР (РФ), член Градостроительного совета Казани Сергей Саначин считает, что восстановление здания маловероятно.
«Я считаю, что здание это ценное, но его восстановить невозможно. Сколько бы туда ни закачивали бетон или какие сваи ни делали — все это бесполезно. Это будут гигантские деньги, а результат не гарантирован. Поэтому его надо разобрать и воссоздать», — считает он.
По его мнению, дом расположен в зоне перепада рельефа, где неизбежны деформации. Он пояснил, что подобные проблемы наблюдаются и у других зданий города, а попытки усиления конструкций могут оказаться бесполезными.
Также он указал на строительные недочеты: использование некачественных материалов и ошибки в инженерных решениях. В совокупности это, по его оценке, делает реконструкцию крайне сложной и сомнительной.
Экономика проекта: новое строительство дешевле
Главный архитектор ГУП «Татинвестгражданпроект», заслуженный архитектор России и Татарстана Герман Бакулин придерживается схожей позиции. Он отметил, что здание представляет ценность как архитектурный объект, но его техническое состояние вызывает серьезные вопросы.
«Объект уникальный по времени своего проектирования и строительства. Кроме того, он расположен на рельефе и хорошо вписывается в существующий городской ландшафт. Его архитектурное решение соответствует стилистике времени возникновения, и таких объектов в центральной части Казани немного, поэтому этот дух времени необходимо поддерживать», — отметил Бакулин.
Бакулин добавил, что практика показывает: восстановление подобных объектов может стоить вдвое дороже нового строительства. При этом новое здание позволяет обеспечить надежность и соответствие современным требованиям.
Баланс между историей и реальностью
Советник министра строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства Республики Татарстан Николай Васильев считает, что подход к объекту должен быть максимально честным и основанным на техническом анализе. Он отметил, что важно не подменять воссоздание реконструкцией.
«Если речь идет о замене множества конструкций под видом сохранения подлинности — это самообман. Иногда честнее признать, что это уже не реконструкция, а воссоздание объекта. У такого подхода есть свои плюсы: современные материалы позволяют адаптировать здание под актуальные требования, улучшить инженерные решения и функциональность», — сказал он.
Он также указал на риски, связанные с геологическими условиями территории, подчеркнув необходимость комплексных изысканий перед началом любых работ.
Ценность для жителей и города в целом
Член Комиссии по вопросам образования, науки и просветительской деятельности Общественной палаты Республики Татарстан, доцент кафедры социологии, политологии и менеджмента КНИТУ-КАИ им. А. Н. Туполева Наталья Топал обратила внимание на культурное значение Мергасовского дома. Она отметила, что для многих горожан это место связано с личными воспоминаниями.
«Для каждого горожанина и гостя Казани, особенно старшего поколения, он имеет свое важное значение. У многих с ним связаны воспоминания — с детства, с Черного озера, с жизнью в городе. Я сама водила туда студентов, мы делали там фото и учебные проекты, учащиеся художественных школ рисовали этот дом на пленэрах. Это место становилось частью образовательного и культурного опыта, через который молодое поколение знакомилось с городом», — отметила Топал.
При этом она считает наиболее рациональным вариантом полное цифровое сохранение и последующее воссоздание здания. По оценке эксперта, конструктивная часть уже утратила прочность, и ее восстановление нецелесообразно.
Топал добавила, что при таком подходе важно сохранить отдельные элементы, которые можно интегрировать в новое здание, сохранив тем самым историческую преемственность.
