Муфтий Татарстана и магнат из Башкирии: кого привлекают турецкие суфийские братства

Бурное становление отношений между Татарстаном и Турцией в постсоветский период шло и по линии ислама.

С конца ХХ века стало заметным проникновение различных суфийских братств из Турции в среду татар. В Казани появились устойчивые группы последователей турецких шейхов. В одном из них, конечно же, негласно, состоит и муфтий Татарстана Камиль хазрат Самигуллин.

Бурное становление отношений между Татарстаном и Турцией в постсоветский период шло и по линии ислама.

«Исмаил ага»

В стамбульском районе Фатих, в квартале Чаршамба есть старинная мечеть «Исмаил ага», на территории которой располагается одноименное медресе. У посещающих это место складывается впечатление, что они попали век эдак в XVIII-й, в период Османской империи: женщины в закрытых черных одеждах (джильбаб), мужчины в длиннополых кафтанах и шароварах носят густые бороды и особой формы чалму. Братство считается ультраконсервативным. Духовным лидером его является 91-летний шейх Махмуд аль-Уфи.

В 2000-е годы татары из Поволжья ездили учиться в медресе, которое по типу больше напоминало дореволюционные кадимистские медресе. Среди тех, кто учился в 2003-2007 гг., был и уроженец поселка Красногорский республики Марий Эл Камиль Самигуллин.

Получив посвящение в братство, он вернулся в Россию - работал имамом в сибирском поселке под Нижневартовском. После приехал в Казань, где его приняли на работу в мечеть «Тынычлык» в поселке Мирный. С приходом Самигуллина приход превратился в обитель братства «Исмаил ага». В Интернете он был известен под псевдонимом «Абу Ахмад аль-Казани».

В 2013 году 27-летний Самигуллин стал муфтием Татарстана - «Исмаил ага» укрепило свои позиции в республике, попутно оказывая влияние на соседние Марий Эл и Пермский край.

Самигуллин стал продвигать на руководящие должности членов этого джамаата. Так, в 2012-2016 гг. в родном для него поселке Красногорский работал имамом Эмир Миннемуллин. В 2017-2018 гг. Самигуллин делает его заместителем мухтасиба Альметьевского района, а в 2019 году - ставит мухтасибом Арского, самого крупного по числу мечетей (их более 80). Заместителем Миннемулина муфтий планировал назначить члена своего братства Василия Бритвина (известного как Абдульмалик хазрат). Власти республики оперативную раздачу должностей заметили и остановили.

Эмир Миннемуллин

Лаишевский район тоже попал в поле зрения Самигуллина. В мечеть поселка Песчаные Ковали вторым имамом он поставил Рафаэля Тимганова (Закария хазрат), который до этого работал в Пермском крае. То есть в Татарстан были подтянуты члены братства даже из других регионов. Планировалось, что Тимганов позже займет пост мухтасиба. Но тот не сработался с первым имамом Рашидом Тукмамышевым, который участвовал непосредственно в создании мечети и был любим в приходе.

Рафаэль Тимганова

Тимганов не владеет татарским свободно, и это затрудняет ему продвижение в ДУМ РТ, где сам Самигуллин настаивает на обязательных татароязычных проповедях.

В мечеть «Тынычлык» Самигуллин назначил имамом Тимура Камаева, тоже из братства «Исмаил ага».

Тимур Камаев с женой

Стремление муфтия вполне понятно - он старается окружить себя единомышленниками. Но это вызывает раздражение людей, которые вспоминают муфтия Гусмана Исхакова, который в 1998-2011 гг. расставлял на руководящие посты мухтасибов, проректоров и имамов крупных мечетей салафитов.

«Кадирия»

Тарикат «Кадирия» (получил свое название от имени шейха Абдул-Кадира аль-Джилани) в Татарстан проникал из Турции через молодых последователей турецкого шейха Хайдара Баша, который известен не только книгами на религиозные темы, но и трудами по экономике, переведенными в том числе и на русский язык). Отличился он и в политике, основал в 2001-м Независимую партию Турции.

Хайдар Баш

В 1991 году шейх впервые посетил Татарстан. Это был не единственный его приезд. У его братства есть сеть школ в Турции: в одной из них – в колледже «Мелтем» в Стамбуле – проучился короткое время один из самых известных популяризаторов шейха в России Эрик (Али Хайдар) Шайдуллин (1977-2011), переводивший книги Хайдара Баша на русский язык.

В 1994 году в школы братства приехала первая группа учеников из Татарстана. Обучение было не всегда продолжительным. Часть из учеников возвращалась потом домой, где образовывали группы последователей. Первые появились в Казани в 1990-е годы и поначалу свои собрания (сохбеты) проводили в мечети «Нурулла». Но после конфликта с салафитами они предпочитают собираться на xастных квартирах, в коттеджах или арендовать помещения.

Первоначально численность суфиев из братства «Кадирия» была незначительной, объединяя преимущественно представителей татарской интеллигенции и журналистов. Отметим, что большое число людей умственного труда - характерное отличие этого братства. В 1999-2000 гг. в Татарстане они выпускали газету «Мусафир», а в числе мюридов Хайдара Баша был ныне покойный журналист газет «Молодежь Татарстана» и «Ас-салам» Фарид Батыршин.

Шейх Хайдар Баш периодически приезжал в Россию, выступал даже в российской Госдуме в 2013 году, а в Казани побывал несколько раз, последний раз в 2011-м.

В 1999 году он, выступая перед студентами Казанского химико-технологического института, даже обмолвился, что собирается остаться в Татарстане для чтения курса лекций по философии (у него уже был опыт многолетнего преподавания в Бакинском университете). Однако этим планам не суждено было сбыться.

Члены братства практикуют как индивидуальный, так и коллективный зикр (поминовение Аллаха). Предпочитают его совершать после утренней молитвы. Особых требований к внешнему виду у них нет: нередко они носят европейские костюмы и гладко выбриты.

Пандемия затронуло это суфийское братство. 14 апреля от коронавируса в турецком Трабзоне скончался шейх Хайдар Баш. Вопрос, кто станет шейхом после него, остается открытым.

«Сулейманджилар»

Для любого суфийского братства наличие живого шейха, духовного лидера для членов общины, является обязательным. Перед смертью он передает иджазу – подтверждение того, что человек достиг уровня шейха в области религиозных знаний. Благодаря этому сохраняется силсила – цепочка шейхов, которые передавали иджазу на протяжении столетий, что обеспечивало устойчивость суфийских тарикатов.

Но существует братство, где шейх скончался, иджаза не была передана, но община продолжает развиваться, сохраняя духовную связь с умершим давно лидером. Таким братством стал джамаат «Сулейманджилар», чей основатель шейх Сулейман Хильми Тунахан скончался в 1959 году.

Сулейман Хильми Тунахан

Члены братства поддерживают с ним мистическую связь через получение бараката (благодати). Последователи шейха приходят на его могилу и мысленно общаются с ним. Это очень нетипично для суфийских братств. Отсутствие шейха позволило сформировать институт руководителей, которые признаются членами общины. С 1959 по 2000 гг. лидером «Сулейманджилар» был зять шейха Кемаль Качар (1917-2000), на смену ему пришел Ахмет Денизолгун (1955-2016). Денизолгун был внуком Сулеймана Тунахана, занимал пост министра транспорта Турции, возглавлял Комиссию НАТО по науке и технологиям. С 2016 года по настоящее время во главе джамаата находится племянник Денизолгуна Ахмет Курищ. Братство «Сулейманджилар» находится в руках членов семьи ее основателя.

Могила Сулеймана Хильми Тунахана

Расширяет влияния «Сулейманджилар» через сеть школ, действующих по интернатскому принципу, и через организацию обучения при мечетях и вузах.

Первый проповедник «Сулейманджилар» Озтюрк Музаффер прибыл из Турции в Татарстан в 1990-е годы, чтобы создать тут школы-интернаты. Ему удалось открыть три заведения – пансионаты для мальчиков «Ак умет» в Казани в 1998 году и «Хилал» в Набережных Челнах в 2003 году, а также пансионат «Зангар» для девочек при одноименной мечети в Казани в 2001-м. Наряду со светскими предметами в них преподавали религиозные дисциплины. Учебные заведения со строгими правилами (постоянный контроль со стороны учителей, негативное отношение к светской музыке,  ограничение просмотра светских телеканалов) вызывали внимание со стороны надзорных органов.

Правоохранители обратили внимание на пансионаты «Сулейманджилар», в Татарстане и в Нижнем Новгороде. Во многом это было связано с чрезмерной закрытостью школ последователей шейха Сулеймана. Причем недовольство излишним ограждением от внешнего мира высказывали даже родители: по их отзывам у детей забирали даже сотовые телефоны.

Кроме того, проверки выявили существенные нарушения санитарно-гигиенических норм. В 2007 году был закрыт «Хилал» в Набережных Челнах, в 2014 году казанские пансионаты «Ак умет» и «Зангар» в Казани были перепрофилированы. Сейчас вместо «Ак умет» функционирует Просветительский центр им. Ахмадхади Максуди, учредителями которого стали Российский исламский институт в Казани и ДУМ РТ, что уменьшает внимание контролирующих органов к учебному заведению.

Последователи «Сулейманджилар» и в других регионах Поволжья (Башкортостан, Марий Эл, Ульяновская область), в Крыму и на юге России среди турок-месхетинцев Кубани, Астраханской и Ростовской областей.

«Хаккания»

Суфийское братство «Хаккания» получило свое название по имени шейха Назима Хаккани (1922-2014), проживавшего на территории Турецкой Республики Северного Кипра, где в городе Лефка была основана обитель братства. После духовным лидером братства стал его сын Мехмет Хаккани.

Шейх Мехмет Хаккани (крайний справа)

Устойчивые группы последователей стали появляться с середины 2000-х годов. Например, в 2004 году в казанском издательстве «Иман» была напечатана одна из книг Назима Хаккани. Заметную роль в популяризации в России этой общины сыграл сын экс-вице-президента нефтяной компании «Лукойл» Ралифа Сафина и брат певицы Алсу Марат Сафин, ставший мюридом шейха Назима. Сафин основал в Москве суфийский центр «Вирдан», который переводит книги шейха на русский, сделав их доступными широким слоям населения.

Первые мюриды шейха появились в Дагестане, когда он в 1997 году посетил Махачкалу. Но больше всего членов этого братства в Башкортостане, где его мюриды занимаются организацией зияратов (посещений кладбищ) к могилам местных суфийских шейхов прошлых веков. Наиболее популярным является гора Нарыстау в Миякинском районе республики, где по легенде якобы захоронены сахабы (сподвижники) пророка Мухаммада. У подножия находится мечеть и купель, куда приходят искупаться верующие.

В 2010 году муршидом (наставником) мюридов из братства «Хаккани» шейх Назим назначил муллу Абдурафика Мурдашева из деревни Ташлыкуль Мелеузского района Башкортостана. Но после смерти шейха его сын шейх Мехмет наставничество над мюридами в Башкортостане передал известному в Уфе телемагнату Салавату Кильдину - шейху Усману.

В 2015 году шейх Мехмет Хаккани побывал в Казани, где посетил Духовное управление мусульман Татарстана, мечеть «Марджани» и Российский исламский институт.

В ритуальной практике суфии этого братства совершают громкий зикр во время хадра (собраний): мюриды становятся кругом, шейх выходит в центр, и участники действия начинают произносить восхваления в адрес Аллаха. При этом мюриды на коллективных зикрах используют музыкальные инструменты (дудочки, бубны, барабаны и др.). Часть мюридов громко исполняет славословия нараспев, а остальные мюриды раскачиваются из стороны в сторону. Периодически шейх приглашает в центр круга одного или нескольких мюридов, которые, раскачиваясь, выступают в роли ведущего зикра. Все участники действа коллективно достигают экстаза.

Среди членов суфийского братства «Хаккания» специалисты называют дочь экс-мэра Казани Камиля Исхакова Терезу Камалову и известную абыстай Фанию Залялиеву, которая преподает в казанской мечети «Гадель».

«Топбашия»

Суфийское братство «Топбашия» (в литературе встречается также ее другое наименование – «Эренкёй» по названию одного из районов Стамбула) возглавляет шейх Осман Нури Топбаш (род. в 1942 г.), автором многочисленных работ по теме тасаввуфа (суфизма). На русский язык его книги переводила издательская группа «Сад», основанная в марте 2005 года и выпускающая также журнал «Золотой родник». Возглавлял издательство муршид шейха Топбаша Айдар Хабибуллин, который начинал духовную карьеру в Башкортостане.

Осман Нури Топбаш

Среди мюридов братства также называли Айнура Арсланова, бывшего заместителем муфтия Башкортостана, курировавшего молодежную политику башкирского муфтията.

В Татарстане братству покровительствовал имам казанской мечети «Марджани» Мансур Залялетдинов, сам прошедшей обучение в Турции, а по книгам шейха Топбаша велось даже преподавание в Казанском исламском колледже. Среди последователей Топбаша также можно назвать имама казанской мечети «Миргазиян» Абдурауфа Забирова. Коллективные зикры суфии братства проводятся по пятницам после утреннего намаза в мечети открыто и посетить их может любой желающий.

Из всех суфийских братств родом из Турции «Топбашии» крайне не повезло, поскольку некоторые переведенные книги шейха в России признавались экстремистскими. В 2013 году Залялетдинов даже получил предостережение о недопустимости экстремистской деятельности за то, что в принадлежащем ему магазине напротив мечети «Марджани» продавались издания, включенные в Федеральный список экстремистской литературы.

Муршид братства Айдар Хабибуллин был осужден в 2010 году по статьям 282 («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства») и 222 («Незаконное хранение боеприпасов») УК РФ и приговорен к четырем годам лишения свободы в колонии-поселении. После отбытия срока он уехал в Турцию на ПМЖ.

Сегодня суфийские братства из Турции, которые относятся к Кадирийскому или Накшбандийскому тарикатам, имеют своих сторонников среди мусульман Татарстана. Они стараются не конкурировать между собой, а развиваться параллельно. Многообразие их объясняется тем, что и в Турции исторически оно присутствовало. Этнокультурная близость с Поволжьем и развитые торгово-экономические связи с Турцией также служили благодатной почвой для религиозного влияния турецких суфийских братств.

Отдельные суфийские группы, как это видно, находятся под вниманием правоохранительных органов, которые неизбежно будут интересоваться как закрытостью их учебных заведений, так и содержанием распространяемой религиозной литературой.

Для всех суфиев характерно неафиширование своей принадлежности к тарикату: кичиться и хвастаться тем, что ты мюрид, считается неприличным. У этого есть еще одна причина: к суфиям испытывает неприязнь другая часть мусульманской уммы Татарстана – салафиты. В 2000-е годы это религиозное течение было широко представлено среди высшего духовенства республики. Но благодаря грамотным действиям властей и силовиков сейчас салафиты не играют заметную роль в жизни Татарстана.   

Дабы минимизировать возможную конфликтность, мюриды предпочтут скрывать свою причастность к суфизму. Однако скрытность суфийских братств, которую они обосновывают необходимой скромностью, порождает интерес и внимание к ним.