Александр Славутский: «Театр для меня – не работа, это моя жизнь»

В Качаловском театре возродили старую традицию

30.09.2016 в 11:06, просмотров: 1833

Поводом для встречи с художественным руководителем – директором Казанского академического русского Большого драматического театра им. В.И. Качалова Александром Славутским стала очередная премьера, но не театральная в привычном понимании этого слова. Недавно в театре открылся собственный цех по пошиву обуви. Но разговор, конечно, зашел не только об этом.

Александр Славутский: «Театр для меня – не работа, это моя жизнь»

- По большому счету это давно надо было сделать, - говорит Александр Славутский. - Цех по пошиву обуви был в театре несколько десятилетий назад, но когда я сюда пришел (в 1994 году – Прим. Ред.), от него остались только колодки. В театре ведь обувь эксклюзивная. Вот сейчас мы готовим новый спектакль. Один ботинок красный, другой желтый, третий двухцветный, пошитый из кусочков кожи разного цвета. Такую обувь в магазине не купишь. Значит, приходится бегать, искать, где-то заказывать. А мастерские по пошиву обуви, как правило, рассчитаны на людей с нестандартной ногой, которые носят обычную обувь. Поэтому надо уговаривать и платить за работу огромные деньги, в три-четыре раза дороже, чем в магазине. Нам шили разные люди, разные предприятия, но сегодня они есть, а завтра закрылись, потому что кризис. И выполнение нашего заказа срывается. Поэтому мы решили восстановить собственный цех по пошиву обуви, чтобы не зависеть ни от кого. И я рад, что у нас это получилось.

- Ну и самый главный вопрос: как вам удается совмещать хозяйственную работу с творческой?

- Если бы это была для меня просто работа, то я бы ничего не смог совмещать. А театр для меня - это моя жизнь. И все это - единое целое, в театре нет мелочей. Вот мы провели реконструкцию. Во все надо было вникать и за всем следить. Какой карниз прикрутили в фойе, какую дорожку заказали и сделали, чтобы она была в цвет. Занавес, кресла. Сейчас мы, наконец, сделали, это тоже очень важная вещь, приставные стулья. Сначала планировали откидные сиденья, но технология не позволила – отламывается спинка кресла. Поэтому мы сделали приставные стульчики, точнее, табуреточки, но очень симпатичные. В стиле общей мебели в зрительном зале, который теперь имеет свою единую эстетику.

В фойе повесили австрийские люстры. Некоторые возмущались, что дорого, но это же не мне домой. У меня дома есть люстра, нормальная, она меня вполне устраивает. А эти люстры – одна из самых красивых серий у фирмы производителя. И мы успели приобрести их до кризиса, благодаря поддержке президента. Вообще я считаю, что это было очень мудрое решение - в Республике Татарстан на деньги региона реконструировать русский театр.

Обувь собственного производства Театра им. Качалова

Это очень важно. Здание было в очень запущенном состоянии. Мы почти 20 лет ждал эту реконструкцию, но теперь в театре есть все. Не хочу равняться с Александринкой или с Московской «Геликон-оперой», там другие средства. Но по нашим возможностям мы сделали максимум из того, что хотели. И теперь театр может нормально существовать еще не одно десятилетие и радовать людей, приходящих в зал.

Как удается совмещать? Во-первых, одному это дано, а другому не дано. Можно быть талантливым режиссером и никаким главным режиссером. Это две разные профессии. Режиссер может поставить свой спектакль хорошо или не очень. А главный режиссер должен планировать всю работу и руководить. Что касается художественного руководителя, то он кроме всего прочего планирует и финансово-экономические задачи своего театра, хозяйственные задачи.

Конечно, здесь нужен человек, который это понимает. Но таких людей немного. Я себя без лишней скромности отношу к их числу, потому что так сложилась моя жизнь, всегда этим занимался. Свой первый молодежный любительский театр строил в Челябинске еще полвека назад. Там мы сами и делали декорации, и ставили спектакли.

Если бы сейчас был человек, который мог бы делать это не хуже меня, с удовольствием пригласил бы его к себе на работу. Но это эксклюзивное качество. Предвидеть, понимать, планировать работу, знать всю театральную технологию. Никакой пришедший со стороны человек не сможет это осилить за год, два и даже за три. Это целая жизнь должна быть здесь прожита. А я в театре работаю уже 50 лет, живу в театре. Поэтому и удается, я понимаю, как технологически все эти вещи делаются. Потому что в молодости я занимался авиамоделизмом, морским моделизмом и вообще увлекался техникой.

Но главное - в театре всегда должна быть власть художника. Потому что театр изготавливает творческую продукцию, спектакли. Поэтому в конечном итоге последнее слово должно оставаться за художником. И когда я решаю для себя какой-то вопрос при том, что денег жалко, и то жалко, и другое, когда доходит до выбора, я всегда останавливаюсь на том решении, которое будет определять художественную составляющую нашей работы.