Смерть под скальпелем. Но под чьим?

В Казани вынесен приговор по резонансному делу: пациент, которому вырезали аппендикс, скончался спустя пару суток

 Виновным признан хирург Дамир Хасанов, который, удаляя аппендицит, повредил 21 летнему пациенту артерию. Обвинению приговор показался излишне мягким, но в любом случае это дело — достижение следствия. По словам казанских правозащитников, обвинительный приговор врачу с вынесением срока наказания оглашен впервые за долгие годы.

В Казани вынесен приговор по резонансному делу: пациент, которому вырезали аппендикс, скончался спустя пару суток

 Тысяча аппендиксов позади

На оглашение приговора хирург Дамир Хасанов в Авиастроительный суд Казани пришел в сопровождении коллег и сразу двух адвокатов.

— Ну что, будем надеяться, что сегодня все закончится? — спросила у своего подзащитного одна из них — Василя Максутова.

Тот промолчал, лишь крепче сжал в руках синюю папку.

Рассматривать это резонансное уголовное дело взялся сам председатель Авиастроительного райсуда Раиль Шайдуллин.

К последнему слову подсудимый подошел обстоятельно. Начал с того, что в приемное отделение горбольницы № 12 поступил 21 летний Рафаэль Махмутов с диагнозом «острый аппендицит» (это случилось 31 октября 2013 года).

Проводить операцию поручили именно ему, Дамиру Хасанову. Он в тот день был дежурным по отделению хирургии.

Хасанов, по его словам, удалял аппендицит тысячу раз. Вот и эта операция должна была стать обычной работой профессионального хирурга. Но…

Уже в операционной стало понятно, что воспаленный червеобразный отросток расположен аномально — спайками он «прирос» к задней стенке живота. Рядом находилась подвздошная артерия. Чтобы удалить аппендицит, его надо было отделить от большого кровеносного сосуда.

И тут всё пошло кувырком: артерию повредили, хлынула кровь. Пациент уже через пять минут мог скончаться прямо на операционном столе от обильной кровопотери.

Срочно был вызван завотделением, наложили тампон, удалили аппендицит, зашили поврежденную артерию…

После операции Махмутова отправили в реанимацию.

— Состояние его было тяжелым, но стабильным, — сообщил суду Хасанов. — Он пришел в себя и даже начал говорить. УЗИ показало, что кровоток в прооперированном участке артерии нормализован.

Но спустя еще 12 часов стало понятно: в артерии начался тромбоз. Консилиум решил провести тромболитическую терапию — однако она уже не помогла. Коллегам Хасанова ничего не оставалось, как обратиться за помощью к опытному сосудистому хирургу из МКДЦ.

1 ноября Рафаэлю провели еще одну операцию по удалению участка артерии, в котором образовались тромбы. Но, как станет известно уже позже, приглашенный хирург тоже повредил злополучную подвздошную артерию. И сутки спустя сердце 21 летнего пациента остановилось из-за большой потери крови.

«Ваша честь, у меня — всё»

В декабре 2013 года Следственный комитет РФ по РТ возбудил в отношении Хасанова дело по статье «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей» (ч. 2 ст. 109 УК РФ).

Ни на следствии, ни в суде хирург Хасанов не признал своей вины в смерти пациента. Оправдательного приговора добивалась и защитник врача.

— При поступлении в больницу уровень гемоглобина в крови Махмутова был сто двадцать, а на утро — восемьдесят, — втолковывал суду подсудимый. — Геморрагического шока у него не могло быть при таком гемоглобине. Он потерял 600 мл крови, что не является критическим.

Вот только согласно данным судмедэкспертизы, смерть пациента наступила именно из-за повреждения подвздошной аорты.

Комиссия Минздрава РТ тоже дала четкую оценку: хирург Хасанов во время операции допустил грубейшую ошибку — непростительную для столь опытного врача.

— Мною выполнено много операций, но с подобной ситуацией сталкиваюсь впервые, — не согласился с выводами ведомства Хасанов. — Тромбоз мог бы привести к хронической недостаточности кислорода в конечности. Максимум привести к ампутации ноги, но не к смерти. После смерти пациента мы пытались встретиться с родственниками, но у нас не получилось. Они уезжали из города. Потом мать Махмутова сама мне позвонила и попросила встретиться. Я приехал, и тогда она меня спросила, почему именно меня обвиняют. А потом сказала, что у нее нет ко мне претензий.

В зале воцарилась тишина.

— Ваша честь, у меня — всё, — после паузы произнес Хасанов. Судья объявил полуторачасовой перерыв.

— Мать Махмутова действительно не имеет претензий к Хасанову? — спросила я в перерыве у Игоря Шолохова, руководителя Казанского правозащитного центра (КПЦ). В суде он представлял интересы убитой горем женщины.

— Давайте оставим эти слова на совести подсудимого, — предложил в ответ юрист. — В прениях женщина попросила вынести обвинительный приговор.

К слову, гособвинение запросило три года ограничения свободы.

Куда смотрел второй хирург?

Приговор судьи стал полной неожиданностью для обеих сторон — и обвинения, и защиты.

— Стороне государственного обвинения не удалось доказать, что именно действия Хасанова и его неосторожность привели к смерти пациента, — заявил судья Раиль Шайдуллин.

Ведь в документах уголовного дела говорилось, что все последующие решения принимались группой врачей. И была еще одна операция. И проводил ее хирург МКДЦ, который тоже повредил артерию.

Вынося приговор, судья принял во внимание мнение еще одного эксперта, который утверждал, что гибельной для пациента могла оказаться любая из двух операций. Или же, предполагал эксперт, парня могли прикончить обе операции в совокупности. В любом случае, согласно этой экспертизе, утверждать, что Махмутов погиб именно от скальпеля Хасанова, было нельзя.

В итоге председательствующий переквалифицировал преступление, в котором обвинялся хирург, решив, что речь в случае с Хасановым идет о причинении не смерти, а лишь тяжкого вреда здоровью.

Фактически судья дал понять гособвинению, что следствие не слишком прилежно изучило обстоятельства гибели пациента. Что, впрочем, и неудивительно — ведь опыт успешного расследования врачебных преступлений в республике пока еще ничтожен.

Погрешность в 4,5 см

Досталось от судьи и защите Хасанова, которая взялась доказывать, что любая операция — есть причинение тяжкого вреда здоровью пациента.

— Операция является необходимым хирургическим вмешательством, при котором недопустимы причинения тяжкого вреда по неосторожности, — счел нужным возразить судья Шайдуллин. — Как в данном случае — удаление аппендицита и повреждение артерии. Было установлено, что расстояние от отростка до поврежденного участка артерии составляло не менее 4,5 см.

Вот он, момент истины! Оказывается, хирург промахнулся и отрезал не там?

Два года ограничения свободы — таков был в итоге приговор судьи. По большому счету это — подписка о невыезде за пределы Казани. К тому же хирург не был лишен права заниматься своим ремеслом.

Впрочем, приговор еще должен устоять в вышестоящей инстанции. Стороны сообщили «МК», что собираются обжаловать его.

— Гособвинение считает, что преступление по статье 109 было квалифицировано верно, — заявил представитель прокуратуры Рамиль Низамов. — Вина на предварительном следствии и в суде была доказана в полном объеме.

— А как же действия второго хирурга? — спросила я.

— Это — без комментариев! — отрезал гособвинитель.

Адвокат Василя Максутова тоже не скрывала, что собирается оспаривать решение Авиастроительного суда Казани.

Не заметила корреспондент «МК» и особой радости в глазах главы КПЦ. Столь мягкий приговор сокращает шансы добиться через суд компенсации за моральные страдания для матери погибшего.

— Но положительный момент все же есть, — заметил Игорь Шолохов. — Это первый судебный процесс, по итогам которого вынесен обвинительный приговор врачу и был назначен срок наказания.

Что еще почитать

В регионах

Новости региона

Все новости

Новости

Самое читаемое

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру